рассказы

Рядом 2

Девочка была что надо. Горячая штучка. По мнению Ганса, — так даже слишком горячая, потому что ночь тоже выдалась жаркой. В духоте он кувыркался со стройной и длинноногой молоденькой блондинкой. Она стонала, а он, как обычно, молчал, даже в сексе предпочитая скрывать эмоции.

читать дальше»

Темный лес — часть вторая

Любая идея оборачивается кровавой дракой, поэтому любая человеческая страсть, которая касается исключительно потребностей, исключая абстрактную идею, гораздо ценнее, чем убеждения. Так, грязный и тупой ублюдок, который хочет жрать, лучше, чем идейный человек, с блеском в глазах и страстью в душе. Идейный найдет оправдание любому своему поступку, даже самому омерзительному. Более того, чтобы прикрыть свои истинные мотивы, человек пытается натянуть на них идею, чтобы защитить крайнюю плоть от заражения. Значит, любая идея суть — гондон.

читать дальше»

Темный лес — часть первая

В этом году осень получилась затяжная и качественная. Вот уже минуло за 7 января, а температура плюсовая и городские, и без того жиденькие, сугробы размачивает дождем. Все зимние праздники прошамкала та непогода, которая случается обычно в начале ноября. В шарфе ходить неприлично как-то, а без него в горле поселяется завод по производству битого стекла и моя мама начинает разговаривать птичьим голосам. В это время она становятся очень милой и ее хочется защищать, чтобы она больше не пищала, как раненая птица или слепой котенок, над которым плачут либо старые девы в умилении, либо кровавые диктаторы от жестокости сердца, от того что оно сентиментально и требует чужих слез и беспомощности.

читать дальше»

Рядом

Дождь. Я иду по старому мосту над оврагом, в который я отправлял некоторых героев читанных мною книг. Они жили здесь, и в моем сознании, сегодня простуженном и зыбком. Здесь многолюдно, несмотря на непогоду. Несколько лет назад я отправлялся сюда как в воображении, так и в реальности искать неуловимую и непонятную девушку, которая была вечным маяком моей жизни. Когда она появлялась в реальности, все менялось кардинально. Судьба делала кульбит, и я оказывался на ее изнанке. Прошло время, и к метаморфозе, вызываемой этим странным существом, я привык. Сначала удивлялся, потом боялся, а затем принял, как обыкновенное чудо, совершаемое неведомым для меня переключателем — этим призраком, за которым я всю жизнь гоняюсь.

читать дальше»

Виртуалка

 

40 и 18 – такие цифры сегодня были актуальны у Ларисы. Она их напевала, прибавляла, вычитала и даже умножала мысленно. Потом, под струями воды, находясь в душе, закрыла глаза, и эти цифры поплыли в сознании красным и зеленым.

— Мне так давно известно кто ты… Мне так давно известно кто ты… Мне так давно известно кто ты… Но что же делать, если не играет… в моей душе твоя пластинка… — вдруг запела Лариса. 

читать дальше»

Нога

Странно было просыпаться. Будто бы не из сна она выходила, а из ватного алкогольного забытья. Довольно явственно из тумана выступали то мама, то слон с длинным, как сама жизнь, хоботом. Потом все включилось внезапно и явственно. И нахлынула смутная тревога.

Она лежала на кровати, смотрела в потолок и думала, как не хочется вставать на работу. Потом вспомнила, что сегодня воскресенье и раскинула широко руки в стороны, потягиваясь. Но беспокойство не проходило.

Потом она вспомнила, что на работу сегодня ей идти не нужно, что ей вообще идти никуда не нужно, потому что незачем и нечем. Нечем ходить…

читать дальше»

Говорун

Он поглаживал палочкой песок. Ветер размахивал его длинными седыми волосами, расплескивая их по плечам, путаясь в бороде. Он смотрел голубыми глазами вдаль и подергивал ногой, как нетерпеливый ученик.

У пристани собрались люди, они ругались и кричали. А старик смотрел на них, сквозь них и вдаль, вдаль, вдаль.

читать дальше»

Людмилины сны

Людмиле снился сон. Будто бы она идет по чудесному городскому парку. А кругом светло-светло, и жара, и духота даже. А она идет, молоденькая, в ситцевом платьишке, сама себе напевая. В кустах, в тенечке сидит в засаде духовой оркестр и выдувает что-то нежное и объемное, будто бы ватой обкладывает прохожих своей музыкой.

Людей вокруг немного. Скучающие мороженицы в чепчиках и вполне даже чистеньких халатиках смотрят открыто и приветливо. За деревьями, за листвой оранжевая буханка автобуса останавливается, и из нее выходят люди и идут в парк гулять. Дети бултыхают игрушки в чугунном бассейне фонтана, а взрослые курят и смеются: женщины в причёсках, мужчины в белых рубашках.

читать дальше»

Рапсодия васильковых тонов

Анне Кащихиной в день ее рождения. За все хорошее.

Он очень хотел, чтобы она не начала говорить. “Лишь бы не открыла рот”, — думал он. Ведь если она начнет говорить, то из нее повалятся банальности и тогда эта девушка перестанет быть красивой. Он представил, что будет сказано и украдкой скривился: некоторые женщины не умеют красиво говорить, кричать и плакать.
Перед ними на столике стояла свеча. Она освещала малое количество пространства кафе. Казалось, будто бы пара выдернута из мрака, а за темно-синим окном таинственное и уютное ничто.

читать дальше»

Конец света

Пахло промокшим хлебом. То есть — разлитым пивом.

На трибунах народ в основном не сидел, а стоял. У многих были испуганные лица и невидящие глаза. Общее настроение было тяжелым, но не наэлектризованным. Скорее — подавленным. Некоторые люди снимали с себя шубы. Некоторые были полностью голыми — их либо накрывали теми самыми шубами, либо не обращали внимания.

Было жарко. Я чуть ослабил галстук и засучил рукава своей белой рубашки. Галстук у меня синий, как это небо над гигантским открытым стадионом. Я сел и начал наблюдать, насвистывая Strangers In The Night.

читать дальше»